Время вышло

Давным-давно, когда в мире не было ни единой вещи, жила-была Великая Пустота. Едва ли можно описать, что Она из себя представляла, ведь в ту пору не было ни людей, ни слов, ни даже звука, из которого эти самые слова получаются.

Она жила сама в себе, не зная ни края, ни времени – их тоже ещё не существовало тогда – и была весьма счастлива, ведь и горе со страданием появились много позже…

И однажды в этой Великой Пустоте зародилось Нечто. Оно огляделось вокруг и спросило:
– Где это я?
– В Пустоте, – отвечала Великая Пустота, переливаясь, хотя никаких цветов радуги тогда ещё тоже не было.
– А что такое Пустота? – уточнило Нечто.
– Это то, в чём отсутствует что бы то ни было, – был ответ.

Нечто удивилось.
– Но ведь здесь есть я, – сказало оно. – Как же я могу быть в Пустоте, если там отсутствует что бы то ни было?
Великая Пустота пожала плечами (хотя плеч у неё вовсе не было).
– Я – Великая Пустота, в которой нет ни единой вещи. А ты – во мне. Значит ты – в Пустоте.
– Постой! – забеспокоилось Нечто, мягко пульсируя. – Но раз в тебе нет ни единой вещи, значит и меня тоже нет?
– Может быть… – не стала спорить Великая Пустота.

Нечто на секунду задумалось, а потом решило:
– Нет, так дело не пойдёт. Ведь я же есть? Есть. Значит, я не могу быть в Пустоте.

И тогда Нечто стало отгораживаться от Великой Пустоты. Ему пришлось изрядно потрудиться – ведь вокруг не было ни единой вещи, а значит, и строить было не из чего. Кропотливо, шаг за шагом, оно извлекало из своих недр различные вещества и энергии, создавая тонкую, едва заметную грань. Вот уже в ней появились звук и свет; маленькие пылинки и газовые облака, из которых зародились звёзды и планеты…

Нечто усердно работало, собирая эти звёзды и планеты в большие галактики, перемешивая их, как мы мешаем сахар в чае, заставляя светиться и угасать, рушиться и вновь рождаться. И ему казалось, что уж теперь оно надёжно укрыто, защищено от Пустоты; ему казалось, что оно ЕСТЬ.

Но вот беда: как только Нечто впустило в себя первую вещь, оно перестало быть собой. Оно превратилось… во Что-то. Что-то определённое, что-то существующее. И когда вслед за силами гравитации в нём появилось Время – Что-то начало медленно, но неуклонно стареть, ибо у каждой вещи есть свой срок, своё начало и свой конец. А когда вслед за эйфорией и наслаждением в нём появились страдание и страх – Что-то испугалось своего грядущего конца и впало в уныние…

Оно творило всё новые и новые галактики, но они рушились одна за одной, ведь время не знает пощады. Оно выдумывало всё новые и новые удовольствия для себя, но разочарование и ужас неизменно настигали его, ведь от правды не убежишь. И, в конце концов, умирающее Что-то воскликнуло:

– Почему? Почему так?
– Потому что ты само выбрало это, – отозвалась Великая Пустота.

Она всё это время была рядом, но лишь отстранённо наблюдала, не вмешиваясь.
– Но я ведь просто хотело быть! – заплакало Что-то. – Разве за это полагается умирать?
– Ты и так было, – ответила Пустота.
– Но ведь в тебе нет ни единой вещи, – продолжало плакать Что-то, – Как же я могло в тебе быть?

Пустота лишь вздохнула.
– А разве ты было вещью? – тихо спросила Она.

Что-то замолкло и перестало плакать.
– А чем же я было? – задумчиво спросило оно.
– А что ты сейчас? – подсказала Пустота.
– Сейчас я – вещь, – скривилось Что-то, – и я умираю!.. Моё время на исходе и мчится всё быстрее…

Оно снова заплакало, глядя на свои угасающие галактики. Пустота согласно кивнула.
– Так происходит всегда. Вещь не может сотворить другую вещь. Для этого нужно Нечто иное…
– Постой, как ты сказала? – вдруг замерло в догадке Что-то. – НЕЧТО иное? То есть…

Последняя галактика, полыхнув на прощание светлым огоньком, исчезла в Пустоте. Время вышло – и перестало существовать…

– То есть ты, – подтвердила Великая Пустота, глядя на Нечто, снова ставшее собой.
– Или ты, – отозвалось Нечто, глядя на Великой Пустоту. – Ведь мы – одно целое.
– Теперь ты поняло, что ты? – спросила Пустота, мерцая, хотя света в ней уже не было.
– Да, - ответило Нечто. – Я тоже – Пустота…

Автор: Аннета Хельс