Это не означает, что не следует помогать человеку, наоборот, самая действенная помощь человеку — дать ему возможность достигнуть крайности, в которой можно будет положиться только на свои инстинкты выживания, чтобы возродиться или погибнуть.

Падающего-подтолкни

Это есть чистый альтруизм, где психическое удовлетворение испытывается от самого толчка, где возрождение падающего лишь приятное вспомогательное, необязательное, следствие; получать это удовольствие можно и, смотря на возрождение тех, кого толкают другие. Возрождаются единицы, большинство сгорает, погибает, понимает невозможность своего восхождения и отказывает себе в нем, занимая свою натуральную позицию в обществе.

Афоризм Ницше: «Падающего подтолкни!

В бытовом аспекте толчок в пучину своих страстей может лишить человека жизни (суицид), тем самым, обнажая его слабость, духовную нищету, слабость психики; такой человек не нужен, и чем больше их сгорит в своем падении – тем лучше для общества.

Чистая мизантропия. Альтруизм высшее проявление мизантропии, как мизантропия – высшее проявление альтруизма. Амбивалентность этих понятий детерминирована их природой, корыстью альтруистского действия и высшим, бескорыстным, целеполаганием мизантропии. Филантропия – благая ширма личного эгоизма, завеса инструмента энтропии. Нигилизм – инструмент утверждения своих идеалов высшего блага, он временен, но необходим альтруисту.

Ненависть порождает насилие, насилие порождает разрушение, разрушение хаос, из хаоса созидается новое, девственно чистое, сиюминутно-идеальное и, в следующий миг уже порочное; где миг – это неопределенная часть времени, но всегда конечная, имеющая точку перехода в другую свою часть.

Смысл существования альтруиста в причинении пользы человеку, так что может быть лучше полного уничтожения и девственного перерождения?

Что, кроме ненависти, способно дать толчок к раскручиванию цепочки разрушения и перерождения? Сегодня, и всегда в моменты упадка, мизантропы и альтруисты сходятся в своем стремлении явно, открыто и взаимовыгодно. До этого они номинально на разных полюсах морали, но их природа амбивалентна.

От любви до ненависти один шаг. Захлебываясь в бесконечном потоке удовлетворения чужих потребностей, альтруист приходит к пониманию невозможности, бессмысленности, своей деятельности, нельзя затыкать отверстие в сосуде вечно, нужно разбить сосуд и сотворить новый, до неопределенного момента тоже будущий целым.

В понимании всеобщей деградации, слабости, безответственности, мизантроп приходит к такому же выводу, что ненавидеть человека с его пустыми блестками-ценностями ради ненависти, ради превозношения своего Я, ради удаления для вольного эгоистичного существования Я вне людей, не имеет смысла, сосуд надо уничтожать, создавая новый. Альтруист обладает желанием, мизантроп знает, как удовлетворить его желание, даруя ему инструмент ненависти – это бескорыстный дар ради общего блага, проявление альтруизма мизантропа ради мизантропии альтруиста – экстаз слияния противоположностей.

Высшее благо – это разрушение, из которого строго вытекает созидание.